Капитан ФК КАМАЗ Руслан Аюкин: «Надеюсь выйти с родным клубом в Премьер-лигу»

Капитан «КАМАЗа» в интервью Betonmobile.ru подвел итоги первого круга Лиги PARI, в котором его команда финишировала на 5-м месте.

Карьера защитника Руслана Аюкина — редкая (если не сказать уникальная) среди российских игроков, которые никогда не выступали в Премьер-лиге. Более 13 лет назад он дебютировал в родных Набережных Челнах в составе «КАМАЗа», за который на данный момент отыграл всю свою карьеру. Настоящий символ команды, являющийся капитаном с осени 2018 года. Обладатель полного комплекта медалей ПФЛ. А, начиная с чемпионата-2021/22, неизменно вместе с «КАМАЗом» играет в Первой лиге. Между прочим, в четырех предыдущих сезонах челнинцы ни разу не финишировали в десятке сильнейших. Сейчас же по итогам первого круга входят в пятерку лидеров.

Начало карьеры и другие виды спорта

— Руслан, когда в вашей жизни появился футбол?

— Как и многие, начал играть во дворе. С самого раннего возраста — в 5 лет. Даже не играть, а пинать мяч. Но по-настоящему стал тренироваться уже с 1-го класса — в нашей школе тренер делал набор. Дальше меня приметили, и я оказался в спортшколе города: тогда она называлась «Сатурн», сейчас — «Строитель». А в 5-м классе, лет в 12, пригласили в «КАМАЗ».

— Почему именно футбол?

— Папа любил играть, и у него неплохо получалось. На любительском уровне — он работал милиционером, часто отправлялся на соревнования, брал меня с собой. Я смотрел и быстро определился, что хочу связать с футболом свою жизнь.

— В детстве мячей среди игрушек много было?

— Да. И много было ваз поломанных, за которые мама сильно ругала. Ничего страшного, пережили. Сейчас это со смехом вспоминаем.

— Другими видами спорта не пробовали заниматься?

— Много чем. Футбол в школе был три раза в неделю — понедельник, среда и пятница. В остальные дни играл в баскетбол, волейбол. Любил игровые виды спорта. Не только командные — настольный и большой теннис тоже.

— Футбол в Набережных Челнах — спорт № 1?

— Конечно! Я помню себя маленьким, когда посещал матчи «КАМАЗа», подавал мячи. В те времена, когда главным тренером был Юрий Фарзунович Газзаев (он возглавлял «КАМАЗ» в 2002-2009 годах. — прим. ред.). Команда тогда еще в Кубке России «пошумела» (летом 2007 года дома с одинаковым счетом 1:0 обыграла «Крылья Советов», но затем уступила финалисту предыдущего розыгрыша «Москве». — прим. ред.). После матча с «Москвой» взял футболку полузащитника Петра Быстрова. Тогда на футбол приходило большое количество людей. Которые потом в переполненных автобусах обсуждали игры, пели песни. Сейчас такого все-таки нет. Но Челны — футбольный город.

— Насколько долгим и тяжелым получился путь в футбольной школе «КАМАЗа» до того момента, как сыграли за главную команду?

— Не сказал бы, что он был тяжелым. И точно был очень интересным. Как известно, в Набережных Челнах нет интерната. Поэтому занимаются только местные ребята. С одной стороны — сплоченный коллектив, 5-6 лет играем одной командой. С другой — все местные, никого не выгоняют. Я не играл за молодежную команду — только за дубль два года на первенство КФК. Жалко, что его сейчас нет — быстро переходишь от юношеского футбола к взрослому. Сразу ощущаешь разницу, когда тебя толкают, совсем другая борьба, скорости возрастают. Зато ты быстро прибавляешь. Так совпало, что тогда финансирование резко сократилось. И получилось, что команда, неплохо игравшая в ФНЛ (9-е место среди 20 команд в сезоне-2011/12. — прим. ред.), по финансовым причинам опустилась во Вторую лигу. Набрали местных ребят, многих из дубля перевели. Дальше была адаптация, постепенно начал играть за основу.

— Были периоды, когда хотели бросить футбол?

— Такие периоды у любого бывают — когда что-то не получается. Когда думаешь, что тренер не особо в тебя верит, мало играешь. Посещают мысли, что, может быть, лучше на работу устроиться. У меня тоже был такой период — хорошо, что переборол.

Дебют в первой команде и несколько сезонов в ПФЛ

— Дебют за главную команду «КАМАЗа» хорошо помните?

— Конечно. В Сызрани (17 августа 2012 года. — прим. ред.) вышел в конце при счете 0:2. Но, несмотря на поражение, эмоции были только положительные. Это было начало большого пути.

— В 90-е годы прошлого века «КАМАЗ» 5 сезонов провел в Высшем российском дивизионе. Вы же пришли к команду, которая была середняком группы «Урал-Поволжье» в ПФЛ. Вскоре смогла выйти в ФНЛ, однако в чемпионате-2015/16 заняла последнее место. И только с сезона-2021/22 «КАМАЗ» на постоянной основе выступает в Первой лиге. Что мешало сделать это раньше?

— Много факторов. На мой взгляд, где-то не хватало исполнителей. Или в какой-то момент тренерской руки — стоило преподнести что-то новое. Но, наверное, хорошо, что мы в 2016 году вылетели. Тогда не были готовы. Во-первых, стадион на реконструкции, большую часть домашних игр проводили в Нижнекамске, куда болельщики катались. Были долги, много других проблем. Но затем руководство клуба и города приняло правильное решение — делать все постепенно. После шага назад разгребли завалы и поступательно пошли к цели. Пришел Ильдар Раушанович Ахметзянов, начинавший третьим тренером команды. Когда я только начинал выступать за «КАМАЗ», мы вместе играли в течение года. Он впитывал все эти моменты — чего не хватало, что нужно новое. Когда стал главным тренером, все свои мысли донес до генерального директора. И в первый же год с ним мы вышли в ФНЛ.

— Ранее при вас у «КАМАЗа» был один сезон в ФНЛ — в чемпионате-2015/16, в котором он, правда, занял последнее место. Вы же тогда не играли. Почему?

— Когда я попал в команду, главным тренером был Владимир Ярославович Клонцак. И в какой-то период он перестал видеть во мне игрока основного состава. В том сезоне, когда команда вылетела из ФНЛ, я только тренировался: либо с дублем, либо в основной команде, когда был нужен, на подстраховке. Мне много вопросов на эту тему задают — что за пауза была в карьере. Но меня тогда не заявили на чемпионат. Просто тренировался и играл в чемпионате Республики.

— Вернувшись в команду, вы в сезоне-2016/17 забили 4 гола и стали ее лучшим бомбардиром. С чем была связана высокая результативность?

— Я тогда играл крайнего полузащитника. Раскрепостился, почувствовал уверенность. В той команде собралось много местных ребят. Где-то везло, но именно тогда я поверил в себя, в свои силы. Начал более профессионально ко всему подходить. Поэтому и получалось забивать.

— Но с тех пор за 8 с половиной чемпионатов вы забили лишь однажды — да и то с пенальти. Почему из вас не вышло защитника-бомбардира?

— Так бывает. Меня Ильдар Раушанович постоянно подкалывал: «Когда забьешь?». Но для меня голы не имеют решающего значения — успехи команды намного важнее своих личных заслуг. Если получается отдать результативный пас, это лучше, чем забить самому.

— 7 лет назад, 29 октября 2018 года, вы в матче ПФЛ против «Урала»-2 впервые вышли на поле с капитанской повязкой. С тех пор постоянно были капитаном?

— Да, на постоянной основе. Тренерский штаб и команда выбрали. Остаюсь капитаном по сей день.

— Согласны, что капитан — связующее звено между тренерским штабом и игроками?

— Конечно. В любом случае, тренер подходит, спрашивает о состоянии ребят, решает бытовые проблемы, любые другие вопросы, которые нужно донести до команды. И на поле роль капитана значительная — должен следить за игроками, кого-то похвалить, кого-то поругать, с судьями поговорить. Много функций, но они не особо сложные.

— Дополнительную ответственность чувствуете?

— Да. Никак поблажек, всегда отдаю себя на 100 процентов. Но это должен делать каждый. В остальном все как у всех.

— У вас полный комплект медалей ПФЛ с «КАМАЗом» — бронза-2013/14, серебро-2018/19 и золото-2020/21. Последняя — самая памятная?

— Золотых даже две. Первая — когда впервые вышли в ФНЛ в 2015 году. Я тогда был заявлен, но играл мало. Конечно, последняя самая памятная. Мы хорошо стартовали, главным тренером был Михаил Владимирович Белов, которого потом сменил Ильдар Раушанович. Концовку чемпионата чуть смазали, мяч не шел в ворота.

— Выступающий сейчас за «Волгу» Евгений Воронин рассказывал, что за концовкой матча «Тюмени» вы следили на поле самарского стадиона «Металлург».

— Перед игрой Ильдар Раушанович сказал: «Никаких телефонов!». Чтобы никто не смотрел за параллельным матчем. Но мы в первом тайме забили 2 или 3 мяча, зашли в раздевалку и сразу посмотрели. «Тюмень» вела дома 2:0 и с таким результатом становилась первой. На второй тайм мы вышли понурые, сразу пропустили, но потом забили еще и выиграли 5:1.

Тогда в команде был защитник Сергей Морозов, который взял телефон на скамейку. Смотрит — там 2:1 стало. Мы опять забегали, поняли, что появилась надежда. В конце меня заменили. Сел рядом, начали смотреть и увидели, что счет сравнялся. Наш матч закончился, а там оставалось еще 10 минут. Они казались вечными, места себе не находили. Кто-то ушел куда-то, кто-то погрузился в себя. А потом была радость, какой, наверное, больше никогда не испытывал — за команду, за город, за наших болельщиков.

— Сейчас что думаете? Осечка «Тюмени», которая вела 2:0, но упустила победу на своем поле и отстала от «КАМАЗа» на одно очко, стала подарком судьбы?

— Думаю, да. Это был накопительный эффект. Нам много раз не везло, чего-то не хватало. А тут все сложилось. В Тюмени тогда играл мой друг Антон Полюткин — тоже из Набережных Челнов, позже выступал за «КАМАЗ». Я у него спрашивал: что было после такого? Говорит, мы два дня на природе провели. Просто сидели и молчали.

Стабильность в Первой лиге и потенциал команды

— С тех пор «КАМАЗ» выступает в Первой лиге пятый сезон подряд. В первых четырех ни разу не финишировал в десятке сильнейших, сейчас же после первого круга занимает 5-е место. Что изменилось?

— Не сказал бы, что что-то поменялось кардинально. Мне кажется, важно то, что мы сохранили костяк команды по сравнению с прошлым сезоном. Раньше, бывало, по 15-16 человек уходило, состав менялся, надо было вновь сыграться, новичкам привыкнуть к требованиям. Такие нюансы нас и подводили. Сейчас же начали с места в карьер. Те игроки, которые пришли уже по ходу чемпионата, потихоньку вклинивались, и сейчас «КАМАЗ» — добротная команда. Но нынче очень высокая плотность наверху турнирной таблицы. Во втором круге можно как подняться верх, так и вниз опуститься. Загадывать сложно. Следующий матч — самый важный. С такими мыслями выходим на поле, а смотреть и считать очки будем весной.

— «КАМАЗ» — самый результативный клуб чемпионата (30 голов). Ровно столько же он забил за весь позапрошлый сезон, в прошлом — лишь на один мяч больше. Почему такой серьезный прогресс?

— Во-первых, есть хорошие исполнители, которые могут взять игру на себя, обыграть и забить. Но я не люблю никого выделять. Снаряды им подносят люди, которые проделывают большой объем работы. Наша игра стала более командной, каждый знает свои функции, что надо делать на поле — отсюда голы. Но и пропускаем много. Надо и в обороне игру наладить. Правда, сейчас с учетом Кубка России трижды подряд сыграли на ноль.

— Давид Караев с 10 мячами является лучшим бомбардиром Лиги PARI, Руслан Апеков забил лишь на два гола меньше. Вместе они являются сильнейшим атакующим дуэтом. В чем их секрет?

— Оба — сильные футболисты, с хорошей техникой, индивидуальными качествами. Но оба забивали и с пенальти. А их мог зарабатывать, условно, Даниил Моторин, про которого никто не говорит, что он грозная сила. Говорю это к тому, что работает вся команда, и выделять кого-то отдельно не хочется. Я буду только рад, если Давид и Руслан продолжат забивать — для нас это большая помощь. Обрадуюсь, если они уйдут на повышение в Премьер-лигу. Но, повторюсь, хочу отметить всю команду.

— А в чем секрет «КАМАЗа», который в этом чемпионате в гостях набрал уже 15 очков — на одно больше, чем дома? Причем лучше на полях соперников играют только костромской «Спартак» (20) и «Урал» (16).

— Команда стала более сбалансированной, появился единый механизм, который не сказал бы, что работает как часы, бывают сбои. Но есть и опытные ребята, которые способны направить в правильном направлении, и молодые, которые впитывают информацию. Появился симбиоз, и это помогает нам добывать очки — как дома, так и на выезде.

— 10 октября «КАМАЗ» покинул главный тренер Ильдар Ахметзянов, который возглавил «Оренбург» в Премьер-лиге. Серьезный удар для команды?

— Не сказать, что это был удар. Конечно, мы столько лет были с ним, привыкли к его требованиям, футболу. Но лично я только рад, что тренер, который пришел в «КАМАЗ» помощником, фактически на моих глазах вырос, в чем есть и частичка моего труда. Рад, что Ильдар Раушанович сейчас работает в Премьер-лиге — его мечта, он сам говорил мне об этом. Конечно, хотел добиться этого с «КАМАЗом», о чем упоминал неоднократно. Но когда поступает такое предложение, не нужно отказываться. Здорово, что он принял такой непростой вызов. Сейчас смотрю и понимаю, что «Оренбург» однозначно прибавил.

— За «Оренбургом» теперь следите отдельно?

— Когда есть свободное время, смотрю и переживаю. И за помощника Ильдара Раушановича — Артура Ринатовича Ахметгалимова. Он местный, из Набережных Челнов. Тоже вместе играли за «КАМАЗ».

— Два первых матча в чемпионате при новом главном тренере Антоне Хазове ваша команда не выиграла — ничья 1:1 в Костроме и домашнее поражение от 1:2 от «Родины». С чем это больше связано — с тренерской перестановкой или силой соперников, которые входят в четверку лидеров?

— Я бы не сказал, что дело в тренере, что что-то было сделано неправильно. Если смотреть, в Костроме мы сразу забили, а на исход повлиял обидный пенальти. С «Родиной» могли забить несколько голов в начале и, если бы повели 3:0, игра бы закончилась. А в конце второго тайма подсели, пропустили первый гол, и дальше свою роль сыграла психология. Очень хотели выиграть, чтобы тренер почувствовал уверенность — понимали, что важно хорошо сыграть.

— Что поменял Антон Геннадьевич?

— Когда пришел, первые его слова: «Я ничего кардинально не хочу менять, мне нравится ваш стиль, ваша игра». Особенно ничего не изменилось, какие-то нюансы внес. Банальные вещи, связанные с перестроением, тактикой.

— В двух последних турах «КАМАЗ» забил 7 безответных мячей — дома «Енисею» (5:0) и в гостях «Чайке» (2:0). Можно сказать, что команда обрела уверенность и находится на правильном пути?

— Не сказал бы, что мы ее теряли. Футбол в Первой лиге такой: если забил первым, становится намного легче играть. Да, была крупная победа над «Уралом» (5:1. — прим. ред.), но у него тогда было ненамного меньше моментов. Если бы он забивал, могли сыграть 4:4 или 5:5. Мы свои шансы реализовали, а соперник — нет. Конечно, такие победы придают команде уверенности, тренерский штаб и болельщики верят в нас. Если побеждаем, больше людей приходит на стадион, так в России заведено. Ребятам не надо останавливаться, важно прогрессировать и дальше, добиваться положительных результатов.

— 5-е место по итогам первого круга — успех?

— Да. Самое важное состоит в том, что ребята сами убедились — мы ничем не хуже других. Многие говорят, что у нас маленький бюджет, нет глобальных целей. Но у каждого футболиста есть свои задачи, стимул и самолюбие, которые хочется реализовать. 5-е место дает всем ребятам в команде понимание, что они не хуже того же «Факела». Со всеми сыграли, по игре сильно никому не уступили.

— На ваш взгляд, «КАМАЗ» готов побороться с одну из путевок в РПЛ?

— Если в плане футбола и игры, то, думаю, готов. Но реальные шансы, наверное, борьба за «зону стыков». Мы прекрасно понимаем, что конкурировать с «Уралом» и «Факелом» очень тяжело.

«Глупые» карточки и родственные связи с комментатором Стогниенко

— У вас в первом круге — 6 предупреждений. Много?

— Не скажу, что много. Много глупых. В матче с «Ротором» дали за то, что заступился за вратаря, против которого сыграли грубо. В Костроме пошел спрашивать, что случилось — наказали. Много необоснованных — надо подходить с холодной головой, контролировать эмоции. Антон Геннадьевич поговорил со мной. Сказал, что пятую или шестую карточку не будешь вспоминать. Другое дело восьмая, после которой пропускаешь следующую игру.

— Четвертое предупреждение, которое привело к дисквалификации, вы получили в компенсированное время гостевого матча с «Соколом». Можно было его избежать?

— Там вообще казус произошел. Беру мяч в руки, Ильдар Раушанович кричит, чтобы я не бросал аут. Положил мяч — и получил предупреждение за затяжку времени. Пропустил домашний матч против «Торпедо».

— Который завершился вничью 1:1. Каковы ощущения у капитана, который не может выйти на поле и помочь своей команде?

— На трибунах всегда смотреть тяжелее. Даже если сравнивать со скамейкой запасных. Ощущение после той игры, что мы точно наиграли на победу. Судья необоснованно удалил за вторую желтую карточку Мухаммада Султонова, и в концовке соперник сравнял счет. Хотел быть на поле и помочь — сам виноват.

— Всем известно, что вы являетесь родственником одного из ведущих российских футбольных комментаторов Владимира Стогниенко: его дедушка и ваша прабабушка — брат и сестра. Давно с ним узнали об этом?

— Я в 2017 году — мама сказала, что есть такой родственник. Сразу стало интересно. Смотрел чемпионат мира 2010 года в ЮАР, помню, как он комментировал, и мне очень нравилось. Когда узнал, решил сразу написать ему. Он ответил и по сей день общаемся. Зову в гости, но он пока только до Казани доезжает, до Челнов нет. В последний раз встречались в этом году, когда приезжал в Москву с семьей на 3-4 дня. Увиделись, пообщались, звал меня в тайгу — любит там отпуск проводить. Разговорились и решили: поеду, когда закончу играть. Много историй интересных рассказывает. Любит отдыхать вдали от всех, в тишине, на природе. В этом мы с ним схожи.

— Впервые же вы встретились в Казани на чемпионате мира-2018. Как это произошло?

— Он комментировал четвертьфинальный матч Бразилия — Бельгия. Перед ним увиделись, прогулялись.

— В августе 2023 года вы открыли свою футбольную секцию с авторской методикой «Аюка Kids». Как обстоят ее дела?

— У нас в городе плохо обстоят дела с крытыми манежами. Один такой есть — и то не полноразмерный. Другой частный, но у него маленькое поле. Залезть туда, снять поле в аренду проблемно. Там спортшкола занимается, а я никогда не хотел с ней конкурировать. В частный же попасть тяжело. Но у меня цель не создать команду определенного года — работаем с разношерстными ребятами 7-12 лет. В свободное время прихожу на тренировки, подсказываю, даю упражнения, которые помогают индивидуальному развитию. Смотришь на академию «КАМАЗа», и становится грустно: из нее в главную команду давно не попадали игроки, которые закрепились бы в составе. Не понимаю, почему их нет. Хочется, чтобы ребята, которые в ней выросли, за родную команду играли. Возможно, в раннем возрасте кто-то перебирается в столичные академии. Мы сейчас решили работать с детскими садами — тоже по своей методике. Когда сам это прошел, понимаешь, что нужно, а без чего можно обойтись.

— Как часто посещаете занятия секции?

— Я составил методику, по ней сделаны буклетики, все тренировки расписаны, и у меня работают тренеры, которые проводят занятия. С моим расписанием проблемно найти условное время, когда я могу точно приехать. Но, когда есть возможность, всегда приезжаю, лично принимаю участие в тренировках. Детям нравится, мы на связи, задают вопросы — отвечаю. Мне нравится работать с детьми — от них идет теплая искренняя энергия. Если у меня утренняя тренировка, могу приехать вечером. И наоборот. Набережные Челны — небольшой город, за 15 минут до любого места можно добраться.

— Говорит ли секция о том, что в будущем карьеру игрока вы смените на карьеру тренера?

— Я думаю, что в футболе точно останусь. Но говорить об этом пока рано. Силы есть не на 2-3 сезона, слежу за здоровьем, режимом. Где окажусь, покажет время. Надеюсь верой и правдой служить родному городу и клубу и дойти с ним до цели — выйти в Премьер-лигу.

— С момента вашего дебюта за «КАМАЗ» прошло более 13 лет — редкий случай, когда игрок столько времени выступает за одну команду. Серьезные предложения за эти годы были?

— Были из других команд Первой лиги. Но так скажу: трудно уехать из родного клуба и города, если условия сильно не отличаются от тех, что есть. Если бы позвала Премьер-лига, возможно, ушел бы. А размениваться на другой клуб с заплатой на 100-200 тысяч больше, не хочется. Понимаю, что долгое время отдал клубу, здесь все родное, свои болельщики, родные, семья рядом. Это дорогого стоит.

— Есть ли все-таки команда, ради которой вы могли бы покинуть Набережные Челны?

— Наверное, нет. Сходу такую точно назвать не могу.